 |
|
Фрэнсис Фицджеральд (Francis Fitzgerald) - Произведения - Отзвуки века джаза
ев, гладкость мрамора под кончиками пальцев, вкус кабаньего мяса, которое он любил рвать быстрыми укусами, финикийская речь, черная тень, отброшенная копьем на желтый песок, близость моря и..
Луис Борхес (Luis Borges)
«Делатель»
роскошный кавалерийский мундир, даже в самые сильныехолода спал на снегу под повозкой, чтобы не тревожить своюрусскую борзую, находившуюся внутри с целым выводком щенков, враз..
Милорад Павич (Milorad Pavic)
«Последняя любовь в Константинополе»
еле ("Марс" на углу Четвертой и Ховард), нокогда он звонит, никто не отвечает, он заставляет служащего открыть дверь ичто же видит: я валяюсь на полу среди бутылок, Бен Фаган растяну..
Джек Керуак (Jack Kerouac)
«Биг Сюр»
дизайн квартир.
Дизайн интерьеров квартир достаточно популярное явление в Москве, и наши дизайнеры способны придумать и воплотить в жизнь оригинальную идею, вложить душу в ее оформление и гарантировать Вам такой интерьер, который будет достоин Вас.
www.line8.ru
Смотрите также:
История жизни.Фицджеральд Фрэнсис Скотт
Фрэнсис Скотт Фицджераль.Ночь нежна
«Отзвуки века джаза» Желаем Вам приятного чтения (Страниц: 9) Также вы можете получить: |
Тем временем:
... В нем сказывалась привычка повелевать.
Непродолжительные сомнения Давида были прерваны повторным приказанием. Давид
встал на подножку. Он смутно различил в темноте фигуру женщины на заднем
сиденье. Он хотел было сесть напротив, но мощный голос снова подчинил его
своей воле, "Вы сядете рядом с дамой!"
Мужчина в черном тяжело опустился на переднее сиденье. Карета стала
взбираться на холм. Дама сидела молча, забившись в угол. Давид не мог
определить, стара она или молода, но тонкий, нежный аромат, исходивший от ее
одежды, пленил воображение поэта, и он проникся уверенностью, что за
покровом тайны скрываются прелестные черты. Подобное происшествие часто
рисовалось ему в мечтах. Но ключа к этой тайне у него еще не было, - после
того как он сел в карету, его спутники не проронили ни слова.
Через час, заглянув в окно, Давид увидал, что они едут по улице
какого-то города. Вскоре экипаж остановился перед запертым и погруженным в
темноту домом; форейтор спрыгнул на землю и принялся неистово колотить в
дверь. Решетчатое окно наверху широко распахнулось, и высунулась голова в
ночном колпаке.
- Что вы беспокоите честных людей в этакую пору? Дом закрыт. Порядочные
путники не бродят по ночам. Перестаньте стучать и проваливайте.
- Открывай! - заорал форейтор. - Открой монсеньору маркизу де Бопертюи.
- Ах! - раздалось наверху. - Десять тысяч извинений, монсеньор. Кто ж
мог подумать... час такой поздний... Открою сию минуту, и весь дом будет в
распоряжении монсеньора.
Звякнула цепь, проскрипел засов, и дверь распахнулась настежь. На
пороге, дрожа от холода и страха, появился хозяин "Серебряной фляги",
полуодетый, со свечой в руке.
Давид вслед за маркизом вышел из кареты. "Помогите даме", - приказали
ему. Поэт повиновался. Помогая незнакомке сойти на землю, он почувствовал,
как дрожит ее маленькая ручка. "Идите в дом", - послышался новый приказ.
Они вошли в длинный обеденный зал таверны. Во всю длину его тянулся
большой дубовый стол...