Пер. - А.Зверев.

Эссе




И был паром, медленно плывущий на рассвете через Гудзон от джерсийского
берега, - самый первый из открывшихся мне символов Нью-Йорка. Прошло пять
лет, мне уже исполнилось пятнадцать, и школьником я снова приехал в этот
город, чтобы посмотреть Айну Клэр в "Квакерше" и Гертруду Брайен в
"Печальном мальчике". В обеих я был влюблен меланхолично и безнадежно и,
совсем запутавшись в своих чувствах, никак не мог разобраться, в кого же
больше, вот они и стали чем-то единым и прекрасным - Девушкой, еще одним
из символов Нью-Йорка. В пароме воплотился успех, в девушке - романтика.
Шло время, я изведал и то и другое, но был еще и третий символ, казалось
утраченный навеки.
А нашел я его еще пять лет спустя, в пасмурный апрельский день.
- Кролик! - крикнул я. - Эй, Кролик!
Но он меня не услышал. Такси рванулось вперед, на углу мы притормозили,
и я увидел его снова. Раздвигая толпу, он стремительно шел по испещренному
дождем тротуару, в своем рыжеватом плаще и всегдашнем коричневом костюме;
я с изумлением заметил у него в руке легкую трость.
- Кролик! - крикнул я опять и осекся. Я еще учился в Принстоне, а он
уже стал нью-йоркским жителем. Мы должны были встретиться через час, пока
же он совершал свою обычную дневную прогулку, помахивая тростью и не
обращая внимания на усиливающийся дождь; он весь ушел в свои мысли, и
прерывать их было бы преступлением. Такси тащилось вдоль тротуара, мы
никак не могли обогнать Кролика, и я все смотрел на него и все больше
поражался: совсем не тот неприметный и застенчивый эрудит из Холдер-Корт,
которого я знал. Он печатал шаги, сосредоточенно размышляя и глядя прямо
перед собой, и весь его вид свидетельствовал, что новая обстановка
подходит ему необычайно. Мне было известно, что он живет вместе с тремя
другими молодыми людьми, освободившимися от всех университетских
строгостей и запретов, но дело было не только в этой свободе, и, глядя на
Кролика, я впервые открыл для себя то, что придает человеку такую
уверенность, - дух столицы.
До этого я знал только тот Нью-Йорк, который знают все приезжие. Я был
вроде Дика Уиттингтона, глазеющего на ученых медведей, вроде крестьянского
парня из Прованса, у которого на парижских бульварах голова пошла кругом.
Так и я просто восхищался тем, что мне показывали, и более благодарного
зрителя не могли бы и ожидать люди, создавшие небоскреб "Вулворт" и
рекламу "Бег колесниц", поставившие музыкальные комедии и серьезные пьесы.
Нью-йоркский стиль жизни с его показным блеском я ценил больше, чем ценил
его сам Нью-Йорк. Но когда мне присылали в университет безличные
приглашения на балы молодежи, я никогда не ездил - как видно, боясь, что
реальность пошатнет мои представления о нью-йоркском великолепии.

Страницы: (9) : 123456789

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

... В тот же день самым
необъяснимым образом все узнали о том, что знаменитый Арсен Люпэн
находится среди нас.
Арсен Люпэн среди нас! Неуловимый взломщик, чьи подвиги долгими
месяцами расписывались на страницах всех газет! Таинственная личность, с
которой старик Ганимар, наш лучший полицейский, затеял решительный
поединок, перипетии которого разворачивались самым увлекательным
образом! Арсен Люпэн, джентльмен с оригинальным воображением,
действующий исключительно в аристократических салонах и замках, который,
проникнув однажды ночью к барону Шорманну, удалился с пустыми руками,
оставив свою визитную карточку со следующей надписью: "Арсен Люпэн,
взломщик-джентльмен, вернется в этот дом, когда мебель будет в нем
подлинной". Арсен Люпэн, человек под тысячью масок, то шофер, то тенор,
то букмекер, сынок из богатого семейства, юноша, старец, марсельский
коммивояжер, русский врач, испанский тореадор!
Следует хорошенько уяснить: Арсен Люпэн, прогуливающийся на
сравнительно узком пространстве атлантического лайнера, более того -- на
пятачке первых классов, в этом вот салоне, в этой столовой, в этой
курительной комнате! Арсен Люпэн, может быть -- вон тот господин... Либо
тот... Либо ваш сосед по общему столу... По каюте...
"И так будет еще пять раз по двадцать четыре часа!-- воскликнула на
следующий день мисс Нелли Ундердоун.-- Это невозможно вынести!
Надеюсь, его скоро арестуют".
И, обращаясь ко мне:
"Послушайте, мистер д'Андрези, вы уже на короткой ноге с капитаном;
неужели вам ничего не известно?"
Мне очень хотелось признаться, хоть что-нибудь узнать, чтобы доставить
удовольствие мисс Нелли. Это восхитительное создание было одним из тех,
которые, где бы они ни находились, притягивают к себе все взоры. Их красота
ослепляет с той же силой, что и их богатство. Вокруг них всегда образуется
собственный двор, толпятся свои поклонники, свои фанатики.
Воспитанная в Париже матерью-француженкой, она ехала к отцу,
богатейшему мистеру Ундердоуну, в Чикаго. Старшая подруга, некая леди
Джерленд, сопровождала ее.
С первого же часа я выставил свою кандидатуру на флирт...

Морис Леблан (Maurice Leblanc)
«Арест Арсена Люпэна»

Биография

Произведения

Статьи

Галерея

Краткие содержания

Гостевая